Церковь без «политправославия»: почему священнослужители не баллотируются в думу?

Литература по темам курсовых работ по дисциплине «исследование социально-экономических и политических процессов»

Оправдания собственных деяний

И здесь я коснусь личного. Коснусь темы, о которой сейчас думают многие православные, имеющие отношение к сфере СМИ, но не все готовы сказать вслух.

Все мы, так или иначе, сотрудничали с Синодальным информационно-просветительским отделом УПЦ, который возглавлял протоиерей Георгий Коваленко.

Я помню Фестивали СМИ православных. Там в одной точке сходились люди различных политических взглядов. Но объединяло их одно — любовь к Христу и Его Церкви. И надо отдать должное о. Георгию Коваленко, который возглавлял тогда этот отдел. Он как раз умел объединить разных людей одной идеей. Да, мы все разные, мы из разных областей Украины, мы по-разному смотрим на политическое устройство, у нас разные идеалы и т.д. Но служение Церкви важнее. Политические симпатии о. Георгия ни для кого не были секретом, но в том-то и дело, что он всегда мог наступить на них ради церковного единства. Именно за это мы его уважали и любили.

Я помню, как о. Георгий умело сглаживал острые углы, зачастую в ущерб собственной репутации. Быть на острие всегда непросто. Особенно, когда тебя «бьют» и справа, и слева.

Были ли ошибки у о. Георгия и его отдела? Несомненно, были, но не ошибается, как мы знаем, лишь тот, кто ничего не делает. Главное – мотивация твоих действий. Я знал, что для главы Синодального информационно-просветительского отдела главный мотив для работы – единство УПЦ.

Но все это продолжалось ровно до Майдана, когда общество раскололось. Вот тут-то бы от людей, ведущих информационную политику УПЦ, и дождаться веского отрезвляющего слова. Увы…

Изменилась политическая конъюнктура, и люди, ещё вчера отстаивающие одни принципы, начали со все возрастающей скоростью «прогибаться под изменчивый мир». Почему так произошло? Кто-то, наверное, испугался. Испугался за себя, за свой комфорт. Кто-то, возможно, испугался за свою паству, за вверенных Богом людей. Все это, в принципе, по-человечески понятно и объяснимо. Вопрос лишь в том, до какой степени можно делать шаги назад.

А вот кто-то так привык к лучам софитов, привык к вниманию публики (нецерковной, что характерно, а то и враждебной Церкви), что не смог удержаться. Ведь так приятно, когда тебя слушают и хвалят то, что ты говоришь. Это такой «наркотик», с которого непросто спрыгнуть, и вот ты уже говоришь не то, что диктует совесть, а то, что ожидает от тебя аудитория, готовая разразиться аплодисментами. И тебе так не хочется эту аудиторию разочаровывать, хоть эта публика не имеет к Церкви никакого отношения. Хоть этой публике не интересна Церковь сама по себе, а только в качестве очередной шаманской структуры, нужной лишь для благословения, а значит, для оправдания собственных деяний. И ты уже не замечаешь, как прогнулся…

О культуре

— Какая ваша любимая святоотеческая книга и почему?

— Наверное, «Исповедь» блаженного Августина. По крайней мере она наиболее глубокий след в душе оставила еще в юности.

— Вопрос о книге преподобного Никодима Святогорца и митрополита Макария Коринфского «Книга душеполезнейшая о непрестанном причастии святых Христовых Тайн». Ваше отношение к этой книге? Почему ее так мало в продаже в храмах? И почему нет нормального, правильного понятия о том, что такое достойно причаститься?

— Есть в православии такое понятие, как церковная рецепция. И если этой книги мало в православных храмах, значит, нет надлежащей церковной рецепции. Любите эту святоотеческую книгу, если хотите, следуйте ей, но оставляйте это в рамках своего личного предпочтения, не обвиняя всех остальных православных христиан за то, что они живут в другом литургическом режиме.

— Бывает нередко, что святоотеческие книги встретишь в храме гораздо реже, чем книги «Какому святому молиться в каком случае».

— Да, но здесь-то речь идет о таком аспекте церковной жизни, который важен для каждого священника и прихожанина

И если большинство духовников не принимают во внимание эти советы, значит, у них есть какие-то духовные аргументы, исходящие из их пастырского и  духовного опыта

— В августе 2010 года в Россию впервые приезжает легендарная рок-группа U2, журнал Роллинг Стоунс отмечает, что на концертах этой группы выступали некие епископы. Готовы ли вы, хотели бы вы выступить со словом на московском концерте U2?

— Конечно, не готов, конечно, не хочу. Вы поймите, когда я появляюсь на рок-концерте, это не потому что моя хотелка такая. Это называется послушание. Позвали, пригласили — хорошо, прихожу. Не думаю, что в свой райдерский лист U2 вписали условие – «не будем выступать без Кураева!». Уверен, что U2 не знают о моем существовании. Полагаю, что они вообще не очень в курсе существования православия. А навязываться неприлично.

Кроме того, я не знаю содержания их песен. Приходить же на любую рок-площадку я не считаю возможным. Надо быть уверенным в том, что с нее прозвучит хотя бы что-то близкое к тому, что является поводом для моей жизни.

Все мы слишком увлеклись политикой. И православные в том числе

Христианину важно чувствовать, что все, что он делает, — богоугодно. Для того, чтобы это чувство было, достаточно не выходить за рамки заповедей

Но иногда такое вполне адекватное желание извращается, и тогда всё переворачивается с ног на голову: уже не деяния подстраиваются под заповеди, а заповеди приводятся в оправдание собственным деяниям.

Сейчас в связи с известными революционными событиями я наблюдаю среди многих верующих именно эту тенденцию.

Если говорить о политике, то все мы имеем право на собственные взгляды и на их выражение. Другое дело, когда свои взгляды начинаем прикрывать псевдорелигиозностью.

В принципе, в этом нет ничего нового: католический мир в свое время породил так называемую «теологию освобождения», которая в самых вульгарных своих проявлениях оправдывала марксизм и революционную деятельность, вплоть до насилия. На сегодняшний день нечто подобное мы слышим от представителей УГКЦ, которые четко заняли одну из противоборствующих сторон. Но одновременно подобные настроения увлекли и некоторых православных.

К прочтению  О мощах преподобного серафима саровского

Не вдаваясь в богословские тонкости, можно отметить основные аспекты этого движения. Прежде всего, в глаза бросается подмена. Например, во главу угла ставятся так называемые «демократические ценности», например, «гражданское общество». Пишутся целые псевдобогословские гимны майдану, как некоему идеалу, в том числе и духовному.

Очевидно, революционные богословы несколько увлеклись в своем стремлении быть на гребне волны, иметь «активную гражданскую позицию» и т.д. Ещё недавно они же осуждали православные митинги против ИНН, называя подобное движение политправославием. И не заметили, как сами уклонились в другой вид политправославия, только с их точки зрения – правильного. Правда, приставка «полит» при этом никуда не девается.

Помимо  эквилибристики цитатами из Священного Писания православные революционеры пытаются затащить в свой лагерь и святых. Прежде всего, тех, кто когда-либо обличал носителей власти. Но при этом сами ставят себя в тупик, поскольку и Иоанн Креститель, и святитель Амвросий Медиоланский, и святитель Иоанн Златоуст, и прочие святые, так или иначе упоминаемые ныне всуе, обличали конкретных носителей власти за конкретные грехи. Они не призывали к революции, не приветствовали захват государственных учреждений, не оправдывали насилие. Они всегда боролись за духовные ценности, а не за абстрактную свободу слова, социальное благополучие или политические предпочтения.

Здесь очень важно вспомнить, что иудеи отреклись от Господа Иисуса Христа именно потому, что Он не вмещался в их узконациональные рамки. Он не облачился в доспехи, не возглавил восстание против римлян, не захотел вести народ израильский к мировому господству

«Царство Мое не от мира сего». Именно это, похоже, забыли церковные революционеры.

Нельзя заменить Царство Божие своими фантазиями о царстве земном. Что до духовенства, благословляющего революцию, здесь нужно понимать: становясь по одну из сторон баррикад, вы тем самым несете ответственность за все насилие, творимое этой стороной (а революция без насилия не бывает), и оправдать это насилием противоположной стороны уже не получится. Грех остается грехом, даже если он преподносится как «оправданный» ответ на другой грех.

Впрочем, как действовать в данной ситуации. каждому подскажет его совесть. Я для себя сделал выводы. Смотрите выше…

Нас призывают стыдиться нашей Церкви

Вот по этим-то фантазиям и нанес удар крестный ход 27 июля. Один единственный крестный ход разрушил построенную на песке башню.Казалось бы, нужно проанализировать ситуацию и сделать нужные выводы. Но нет. Со стороны «европравославия» мы увидели одно лишь неприятие свершившегося события.Это неприятие выражалось у каждого в разной степени и по-разному.

Кто-то просто отвергал сам факт события. Запоздало пошли вбросы о том, что число верующих завышено — в действительности, людей якобы было значительно меньше. Или того лучше – большую половину из шедших крестным ходом составили представители раскольников, которые просто хотели приложиться к святыням.Другие говорили, что народ свозили за деньги

А третьи поступали тоньше: да, людей было действительно много, но так ли это важно? Нужно ли нам превозноситься перед раскольниками, они ведь тоже «наши» и нам с ними жить в одной стране

Какая ирония – люди, захватывающие наши храмы, нападающие на наше духовенство, призывающие уничтожить нас, оказывается, тоже «наши». Люди, которые всеми правдами и неправдами хоронили нашу Церковь, оказывается, могут огорчиться из-за самого факта, что Церковь жива. Не правда ли, как толерантно, духовно, любовно? Нас призывают стыдиться нашей Церкви.

Впрочем, одно дело, когда подобные вещи мы слышим от раскольников. Но ведь эти призывы исходят от людей, которые всегда были в Церкви, с которыми мы вместе ходим в храм, с которыми вместе работали.

Церковь выше баррикад

Вопрос ведь даже не в том, что церковные люди разделились по политическому признаку. Вопрос в том, что они всерьез считают: Церковь должна следовать за ними.

До этого декларировалось, что УПЦ  не стоит по одну из сторон баррикады. Церковь выше всех баррикад, и она здесь, на грешной земле, страдает со всеми страждущими. Это особенно ярко проявилось, когда в один из самых драматических моментов Майдана монахи встали между противоборствующими сторонами.

И вот теперь эта церковная позиция, по всей видимости, более не разделяется людьми, которых УПЦ некогда ставила говорить от своего имени. Они изменили своим идеалам и хотят, чтобы так поступили все.

И чем дальше, тем это стало более заметно. Во многом лакмусом стало отношение к Блаженнейшему Митрополиту Онуфрию, который сперва был избран Местоблюстителем Киевского Митрополичьего престола, а затем и Предстоятелем Украинской Православной Церкви. У некоторых не хватило смирения принять новое священноначалие, особенно если учесть, что во время тяжелой болезни покойного Митрополита Владимира их деятельность практически не контролировалась. Личные обиды, попранные амбиции, в сочетании с угодничеством политической ситуации, сделали свое дело.

Смиренный молитвенник на Митрополичьем престоле не устраивает. Там хотели бы видеть медийное лицо, угождающее определенным кругам.Потому-то Блаженнейшего Онуфрия и его соратников иронично называют «партией монахов»…

Теперь люди, которые постоянно декларировали стремление к единству, оперируют категориями «мы» и «они».

«Мы» — это широко мыслящие, современные, респектабельные, продвинутые, любвеобильные.

«Они» — это «необразованные деревенские попы», «агенты государства-агрессора», «партия монахов», разбрасывающаяся анафемами.

В недавнем своем интервью протоиерей Георгий Коваленко довольно четко проиллюстрировал  это разделение на «наших/не наших». И точно так же со всей ясностью продемонстрировал «широту» собственных взглядов. Говоря о том, что малоцерковный народ ходит к представителям как канонической Церкви, так и к раскольникам, он подчеркивает:

«Невоцерковленные люди в Украине совершенно спокойно ходят и туда, и туда, и туда, крестят детей в одном месте, венчаются в другом. Это де-факто происходит. Следовательно, Церковь, может быть, поучилась бы у людей в чем-то».

Церковь должна поучиться у людей нецерковных «ходить и туда, и туда»?

Куда исчез тот о.Георгий, которого мы знали? Когда он настоящий – был им раньше, когда отстаивал Церковь, или теперь, когда «и туда, и туда»? Или все это тоже маски, медийные образы?

К прочтению  Неделя 1-я великого поста. торжество православия

Впрочем, в свое время каждый из нас ответит перед Богом за все слова и деяния. Но Церковь жила, живет и будет жить дальше — «и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18).

Об обществе и политике

— Культурное сотрудничество Беларуси с Западной Европой поддерживает антироссийские взгляды. Как противостоять этому на нашем уровне обычных прихожан, как развивать интерес к православной культуре?

— Я думаю, надо забыть слово «противостояние» и просто рассказывать о православии как о древней вере всей Европы. В первом тысячелетии у всей Европы была общая вера, и она была именно православной. По крайней мере мы в ней ничего с тех пор не изменили. И поныне российская культура — своеобразная часть единого европейского культурного пространства. Считать себя фронтовым государством, зажатым между воюющими сторонами — это тупиковая позиция. Христианин имеет право позиционировать себя иначе.

— Отец Андрей, как вы относитесь к термину «политправославие»? Считаете ли этот термин адекватно отображающим современное явление, которое этим термином обозначают в церковной и общественной жизни. Если да, то считаете ли вы себя причастным к политправославию?

— Термин имеет право на свое существование, только совсем не в том своем смысле, который был ему навязан группой не вполне адекватных блогеров год назад.

Политправославие — это что-нибудь типа Александра Лукашенко. Есть определенный круг политиков, публицистов, которые прежде всего политики, но которые готовы использовать православный ресурс именно как политический ресурс – мобилизационный, духоподъемный и электоральный. И такое отношение к православию пахнет кощунством и язычеством.

Но есть совсем другая вещь: есть глубоко церковные люди, у которых есть попытки более или менее успешной или неуспешной аналитики текущей политической жизни с точки зрения интересов Церкви и христианской системы ценностей. И это совершенно нормальная вещь. На этом пути могут быть и неудачи. Пример дурного политправославия -газеты типа «Русского вестника», всевозможные диомидовские листки. Но неудачи не означают невозможности или ненужности.

Сам же я политикой не занимаюсь. Политических тем я касаюсь только в порядке ответа на заданный мне вопрос — из уважения к людям, с которыми я беседую (в том числе на лекциях). Но зуда давать свои комментарии к текущей новостной ленте я никак не испытываю.

— Очень часто, когда в новостной ленте появляется какая-то новость о православии и ресурс предоставляет возможности оставлять какие-то комментарии, мы видим множество совершенно таких новых комментариев о православии, о церкви, о вере, о том, что грубо говоря, попы — обманщики и воры и так далее. И при чем это не какая-то маленькая группа, а много людей пишут такое. Не только в политическом, но и в духовном смысле — что это? Это постоянно повторяемое явление и что делать? Полемизировать? Оправдываться? Ругать? Игнорировать?

— Я думаю, что надо, говоря языком Интернета, троллить. То есть православное Интернет-сообщество должно заготовить типовой ответ на типовое хамство. Внятный, спокойный ответ по делу и на все случаи жизни. А этих случаев вполне ограниченное количество. Кругозор и арсенал антиклерикалов чрезвычайно ограничен. Поэтому надо засолить ответы впрок и на заранее оборудованные позиции назначать дежурных снайперов. Увидел комментарий — поместил ответ.

— Прокомментируйте, пожалуйста, награждение орденом святого равноапостольного князя Владимира командира бригады СОБРа Беларуси Дмитрия Павлюченко. Последний обвиняется в многочисленных похищениях людей и убийствах. Какова процедура предоставления к награде, проводится ли проверка кандидатов?

— Порой люди, имеющие добрую славу в одном кругу, другой сферой своей деятельности породили дурную молву. К церкви человек обычно оборачивается именно доброй гранью своей жизни. Есть ли в его жизни другие грани — мы зачастую просто не знаем. Такие люди для Церкви — как Луна для Земли: она всегда повернута к нам светлой стороной.

Редко бывает так, как произошло в Саратове, когда человек, который хотел помочь церкви, правой рукой передавал нам то, что он тут же, в храме левой рукой украл (то есть принял взятку) — и его за этим делом поймали.

Вот приходит кто-нибудь к священнику, молится, предлагает помощь в решении каких-нибудь церковных проблем, строительстве храма, в продвижении просветительских и благотворительных проектов. Священник благодарит его тем, что молвит о нем доброе слово епископу, ходатайствует о награде. В Церкви нет своей контрразведки, поэтому сбор компромата при представлении людей к наградам не производится. Епископ не заходит на сайт Компромат.ру и не обращается в ФСБ: «ну-ка проверьте мне вот этого товарища!».

Политические реалии перенеслись в реалии церковной жизни

Но гражданское противостояние в стране вскрыло то, что в кругах долгое время маскировалось за респектабельной наружностью. Оказалось, что для «евроверующих»  — не всякое политправославие плохо, поскольку есть «правильное» — «наше» политправославие и «неправильное» — «вражеское».

Борцы с «политправославием русского мира» сами не заметили, как стали борцами за «политправославие проукраинское». Борясь с одним радикализмом, породили свой собственный. Из этого круга могли исходить идеи самой разной степени нелепости, лишь бы только эти идеи преподносилось под соусом «патриотизма». Так, например, главным фетишем политправославных «патриотов» является мечта о «единой украинской поместной церкви», которая бы объединила УПЦ, раскольников и даже (некоторые отчаянные головы мечтают и о таком) униатов. Эдакий этнический экуменизм. При этом каноническое устройство Церкви должно уступить национальному. Само слово «каноничность» в политправославных кругах произносится с известной долей иронии. Объединение ради объединения. Одновременно с отделением от Русской Православной Церкви ради самого отделения. Политические реалии перенеслись в реалии церковной жизни.

Впрочем «единую поместную церковь» вовсе не обязательно следует понимать как «независимую». Адепты «европравославия» вполне удовлетворились бы некой «Украинской Православной Церковью Константинопольского Патриархата». Ведь любая связь с Русской Православной Церковью (даже если она весьма символична) для них самое страшное преступление. Кажется, стоит уйти от РПЦ, как епископы, третируемые прессой за дорогие автомобили, пересядут на старые запорожцы, народ избавится от суеверий, священство начнет читать модных (на данный момент) западных философов, раскол прекратится сам собой, и наступит Царство Божие на земле…

К прочтению  Икона феодора стратилата

В этот сценарий создания «единой поместной церкви», как нельзя кстати, вписывались фантазии о повальном бегстве людей из УПЦ, прогнозы о ее скорой гибели. Но несчастье политправославной группировки в том, что она замкнута сама в себе. Надо отдать должное, к этой группе относилась и часть церковной интеллигенции. Но вот беда, любое элитарное общество, которое внезапно начинает всерьез воспринимать свою элитарность, моментально превращается в клуб пафосных снобов. Можно сколько угодно демонстративно штудировать Хайдеггера, жонглировать цитатами из Кьеркегора и кичиться чтением Деррида в оригинале (со словарем). Но именно это кичение и демонстративность не делают из человека интеллектуала, равно как и не добавляет ни разума, ни критичности, ни аналитических способностей. Кьеркегора можно заменить Максимом Исповедником, а Хайдеггера – Григорием Назианзиным – суть не меняется, духовности и прозорливости это тоже не прибавит.

Именно поэтому все прогнозы и «гадания на кофейной гуще» о судьбах Церкви, которые регулярно выдаются европравославной группой, априори обречены на провал, поскольку строятся не на реальных фактах, а на домыслах и фантазиях.

Объясняем свою позицию…

В «Фейсбуке» православный христианин Владислав Головин поинтересовался:

Спрашивали — отвечаем.

Как христианин, я не нахожу для себя повода бунтовать против законной власти, если она не требует от меня отречения от Христа.

Как гражданин Украины, я считаю для себя возможным соблюдать законодательство этой страны, если оно не ущемляет мои религиозные права.

Как бы я ни относился к В.Ф. Януковичу, он остается законным Президентом. Свое волеизъявление я могу продемонстрировать законно, на выборах.

Социальное благополучие, социальная справедливость и т.д. в этом мире недостижимы априори и могут присутствовать лишь с определенной долей условности. Эти вещи для христианина не являются настолько приоритетными, чтобы проливать за них кровь. Тем более, что никто не гарантирует изменение этих явлений к лучшему в случае насильственной смены власти.

Именно поэтому, как муж и отец, я никогда не поддержу никакое революционное движение, если со всей очевидностью оно представляет угрозу благополучию моей семьи.

Как здравомыслящий человек, я не собираюсь быть инструментом в чужих руках, потому также не стану поддерживать бунт ради какого угодно другого политика. Здесь я говорю о любом виде поддержки: и активном (незаконные захваты и блокирование админзданий, вандализм, противостояние с милицией), и пассивном (одобрение всего вышеизложенного, присутствие на митингах, информационная и финансовая поддержка, участие в различных перформансах и т.п.).

В данной  же ситуации оставляю за собой право трудиться на своем рабочем месте, воспитывать своих детей и законными способами защищать эту возможность.

Политика — это политика, а Православие — это Православие

Первое, что бросается в глаза – такого количества людей, пришедших помолиться, никто не ожидал. И в самом деле, церковные торжества последнего времени особым многолюдством не отличались. И этот факт преподносился недоброжелателями Церкви в качестве аргумента в нежизнеспособности Украинской Православной Церкви. Якобы, из-за «неправильной» политики священноначалия народ бежит из УПЦ в другие конфессии. Но произошло другое.

Это был воистину всенародный праздник, такого единения, такой тихой радости, такой светлой всенародной молитвы мы не видели давно. Это был воистину день Торжества Православия.

И вот это светлое событие, как оказалось, вызвало весьма бурную и неадекватную реакцию у определенной публики внутри самой УПЦ. К нападкам раскольников мы как-то привыкли. Но невольная демонстрация живой народной веры произвела всплеск ненависти отнюдь не у них.

В свое время, в церковных кругах, демонстративно ориентирующихся на «европейские ценности», был придуман и пущен в ход такой термин: «политправославие», т.е. стремление определенных политических групп прикрыть свою идеологию Православием. По логике, это должно было бы относиться к любой идеологии без исключения. Ибо политика — это политика, а Православие – это Православие.

В действительности, этот термин применялся всегда исключительно в отношении тех верующих УПЦ, которые,  по мнению «евроверующих», отстаивали идеи «русского мира».Конечно, мы все понимаем, что делить духовенство и верующих на два лагеря — занятие нелепое. Церковное общество всегда сложнее любых политических раскладов. А радикалы есть везде, среди всех групп.

Похожие:

Темы курсовых работ по дисциплине «Исследование социально-экономических…Исследование социально-экономических процессов в Санкт- петербурге и Северо-Западном регионе Курсовая работа по дисциплине: Исследование социально-экономических и политических процессовПонимаете сущность социально-экономических и политических процессов, протекающих в России
Вопросы к зачету по дисциплине исэиППМетодологические основы исследования социально-экономических и политических процессов: ключевые понятия Методические указания по выполнению курсовой работы для студентов…«Исследование социально-экономических и политических процессов» разработаны с учетом современных требований к уровню подготовки высококвалифицированных…
Вопросы к экзаменуПонятие социальных процессов, специфика политических и экономических процессов, типология социальных процессов (по различным основаниям),… Литература по курсу «Финансы» для написания курсовых работМетодические указания к выполнению курсовых работ содержат рекомендации по выбору и утверждению темы исследования, по подготовке…
Тематика курсовых работ по дисциплине «Семейное право»Тематика курсовых работ по дисциплине «Семейное право» для студентов дневного и заочного отделений в 2007/2008 учебном году Темы курсовых работ по дисциплине «Менеджмент в социально – культурном сервисе и туризме»Правовые аспекты взаимоотношений руководителя организации туриндустрии с персоналом
Методические рекомендации по выполнению курсовых работ по дисциплине…Методические указания предназначены для оказания помощи учащимся при составлении плана, выполнении и оформлении курсовых работ по… Методические указания по выполнению курсовых работ Часть I для студентов специальности 06. 02Значение курсовой работы по дисциплине «Экономико-правовое регулирование социально-трудовых отношений»

Школьные материалы

Школьные материалы

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: