Андрей суздальцев: если завтра введут налог для православных, послезавтра введут налог для неверующих

Соберите в Интернете материалы о жизни мусульман России в конце XIX в. Напишите в тетради эссе на тему «Мусульмане и православные — две веры, один народ».

Прежде всего, нужно сказать, что мусульмане в России не были едины. Они составляли несколько отдельных групп, живших в разных районах огромной страны.

Многие мусульмане жили в России уже долго. Волжские татары, к примеру, были завоёваны ещё в XVI веке. Такие «традиционные» мусульмане хорошо вписались в российскую систему. На этих землях жило русское или русифицированное дворянство. Города, особенно большие, мало отличались от таковых в остальной империи. Тот же Лобачевский в Казанском университете (центре татарских земель) не встречался ни с какими национальными особенностями.

Тем не менее, на протяжении веков христианизация и русификация этих земель не была насильственной, потому в деревнях сохранился самобытный ислам. Сохранился он частично и в городах. Но веками приспосабливаясь к жизни в России, местные духовные лидеры не призывали не только к сопротивлению императору, но даже не возмущались господством интересов православия в государственной политике.

Земли Средней Азии были только что присоединены к России. Приход цивилизации туда сопровождался попытками распространения туда православия и через проповеди среди местных жителей, и через приток поселенцев из центральных районов России.

Православие пользовалось поддержкой на государственном уровне, потому само введение российской администрации давало ему преимущество. Однако обращение в православие не было насильственным, потому за относительно недолгое время, оставшееся до революции, местная этническая и религиозная культура практически не пострадали. Гораздо больший удар исламу на этих землях нанесла уже советская власть.

Особое отношение было к мусульманам Кавказа. После долгой и кровопролитной войны им разрешили сохранить традиционный образ жизни, включая и исламское вероисповедание, требуя лишь лояльности. Местной администрации предписывалось не задевать горскую гордость, что означало и уважением к мусульманским традициям, хотя формально здесь были точно такие же губернии, как и по всей России, без намёка на автономию.

Встреча замысла с жизнью

– Что Вам даёт обсуждение Ваших фильмов, книг? Или это только рекламный ход?

– С точки зрения рекламы это не даёт почти ничего. Ну продадут в Якутии 100 экземпляров книги после моей поездки… Затраты на неё выше, чем финансовый результат в разы: всё равно что забивать микроскопом гвозди! Это даёт нечто другое.

Когда человек пишет и даже снимает (хотя в меньшей степени), он сидит взаперти и общается сам с собой, со своим внутренним миром, и у него нет чувства обратной связи. В какой-то степени сосредоточенность, отказ от суеты полезны. Но в конце концов, можно превратиться в зеркало самого себя – опасное состояние.

Поэтому после окончания работы очень важно посмотреть в глаза тем, кому адресовался. Совершенно не значит, что ты обязательно согласишься с чужими оценками

Но почувствуешь: есть ли нерв. Пусть даже раздражение – неважно. Ты дальше не можешь двигаться, если не ощутил, состоялся ли предыдущий твой замысел: не хорошо или плохо написана книжка, а живая она или мёртвая. Всё, что будешь переживать как свою ошибку, ты постараешься исправить в следующей книге. Это встреча замысла с жизнью.

– Вы считаете, что не менеджмент, а сам автор должен разрабатывать новые стратегии движения к читателю, к зрителю, и фактически поставили на себе эксперимент: пробуете продвинуть свои книги через интернет. Расскажите об этом, пожалуйста.

– Рынок бумажных книг во всём мире ежегодно падает на 6-7%. Это значит, что рано или поздно мы, писатели, будем вынуждены прийти в электронное пространство. А уж в России, где такие расстояния, дороги и накрутки на цены при перемещении из центра страны в далёкие регионы, если ты хочешь прийти к читателю, учись жить в цифровом пространстве!

Поэтому свой новый роман «Музей революции» до выхода бумажной версии я 2,5 месяца решил продавать в интернете на легальных ресурсах. Это очень сложно, потому что в России нет привычки покупать электронные книжки, фильмы, музыку. До 90% книг скачивается на пиратских ресурсах. Общероссийских крупных легальных электронных магазинов почти нет – три-четыре: «ЛитРес», «Озон», «Векслер»… Издательству не очень интересно этим заниматься, потому что на электронных книжках они мало зарабатывают. Поэтому я забрал «электронные» права и сам занялся продажей своей книги, чтобы за мной могли пойти другие писатели, а может, и издатели.

За месяц мы продали около 850 экземпляров, что очень неплохо. Увидим, как это повлияет на бумажную книгу: помешает или поможет. Электронная книга стоит 100 руб, а бумажная будет в четыре раза дороже.

Я создал сайт, на котором есть обращение к читателям, фрагменты романа, кусочек видео, адреса магазинов, где она продаётся, есть даже обращение к пиратам, которым предлагаю не трогать мою книгу до января.

– Почему такие сроки?

– В январе я сам на своём сайте повешу бесплатную версию для тех, кто не может платить. Хочу, чтобы люди, у которых нет денег, имели возможность не краденное брать, а честно действовать. Я сам был мальчиком из бедной семьи…

Налог в пользу Церкви

19% россиян согласны с тем, что православные люди могли бы платить налог. Больше половины (56%)  – не согласны. Каждый четвертый из опрошенных (26%) затрудняется с ответом.

Результаты Всероссийского репрезентативного опроса, проведенного службой СРЕДА (полевые работы: ФОМ-Пента, выборка 1500 человек).

19% россиян согласны с тем, что православные люди могли бы платить налог в пользу Русской Православной Церкви. Чаще других так думают студенты (29%) и  жители мегаполисов (кроме Москвы).

Больше половины опрошенных (56%)  – против налога на православных в пользу Русской Православной Церкви. Особенно часто так считают москвичи (68%), затем идут госслужащие, самые бедные из опрошенных, неработающие пенсионеры и несчастные по самоидентификации респонденты.

Каждый четвертый из опрошенных (25%) затрудняется с ответом. Чаще не знают, что сказать по поводу церковного налога мусульмане (41%) и россияне, поддерживающие КПРФ (34%).

Неверующие чаще не согласны с тем, что православные должны платить налог в пользу Церкви.

От федерального округа ответы респондентов не зависят.

Мнения самих православных по отношению к налогу разделились. Чаще, чем в среднем по России, в пользу этого налога говорят регулярно причащающихся (28%). Те, кто не причащается никогда, согласны на это налог только в 20% случаев.

ЦЕРКОВНЫЙ НАЛОГ — законодательно устанавливается в тех странах, где религия является государственной. Взимается для финансирования деятельности культовых организаций в ФРГ, Великобритании, Ирландии, Италии, Исландии, Иране, Ираке, Пакистане, Саудовской Аравии и других государствах. Налогоплательщиками являются все члены церковных общин (прихожане). Общий порядок начисления и взимания Ц.н. в разных странах определяется спецификой действующего законодательства. Так, в ФРГ базой начисления налога вне зависимости от того, собирается ли налог церковью или финансовым органом, является годовая сумма подоходного налога (налога на заработную плату), выплачиваемого прихожанами или семьей прихожан, уменьшенная на скидку, величина которой зависит от числа детей и престарелых в семье. Наряду с подоходным налогом в большинстве законов о взимании Ц.н. в качестве базы исчисления предусматриваются также имущественный налог и базовая величина поземельного налога, однако эти облагаемые базы почти не применяются. Если супруги исповедуют разные веры и относятся к разным конфессиям, а их подоходный налог подлежит общему расчету, то он (как база исчисления) делится пополам. Если только один из супругов входит в состав религиозной общины, Ц.н. рассчитывается индивидуально: в той части совместного дохода (налога на заработную плату), которая ему причитается.

Налоговые ставки колеблются в диапазоне 5-10%. В основном Ц.н. исчисляется и взимается при начислении подоходного налога финансовыми органами. У тех, кто работает по найму, Ц.н. исчисляет работодатель и перечисляет его финансовому управлению вместе с налогом на зарплату.

(Экономический словарь)

Плохие граждане

– Вы сказали, что приход в Церковь мог начинаться «как бегство от политики», но тот, кто встречался с настоящей Церковью, «находил в Ней радость, после которой забывал о существовании политики». А сегодня Вы участвуете в политических митингах, Ваши публицистические выступления в сети вызывают горячие споры… Почему Вы этим занимаетесь? Померкла радость? Как Вам удаётся не потерять мирный дух?

К прочтению  Как правильно поститься? советы от экспертов

– Не удаётся! Я то и дело его теряю, потом опять ищу, бегаю за ним: «Вернись, я больше не буду!»

Разная политика бывает. Я говорил о той, которая бытовала при советской власти. Принимать в ней участие, не вступая в сделку с совестью, христианину можно было только одним образом: идти в диссиденты, то есть бороться с властью. Либо – не принимать её, выносить за скобки. Я глубоко уважаю тех, кто пошёл в диссиденты, но никогда не чувствовал, что это мой путь. Таких, как я, тогдашняя Церковь спасала от мёртвой, холодной и абсолютно бесчеловечной политики.

Сегодня политика при всём её несовершенстве, при том, что мы видим признаки глубокого морального заболевания, всё-таки устроена сложнее. И ей заниматься в разных формах можно, не теряя совести. Для меня она – как для сантехника набор ключей для разных труб. В одном случае нужно действовать, идя на митинги, а в другом – принимать участие в делах, в которых участвует власть. Политика – не цель, а средство.

Если я вижу, что власть впадает в предтоталитарное состояние, то я должен на митинге напоминать ей о том, что созрел слой людей с другими целями, задачами, представлениями об устройстве страны и мира. А если нужно бороться за спасение музея-заповедника, или ставить вопрос: почему повышают зарплату только библиотекарям, подчиняющимся Министерству культуры, то я иду в Совет по культуре. Никаких политических подписок при этом не даю.

А публицистика… Если ты видишь назревающий общественный гнойник, его нужно прокалывать. Пускай тебя обрызгает гноем, зато не будет нарастать болезнь в общественном организме.

– Многим непонятно: как разные политические взгляды могут существовать у людей одной веры? Но это реальность! Вы можете её объяснить?

– Нам Христос сказал: «Кесарю кесарево, Богу Богово». И консерватор и либерал, и единоросс и монархист, если они христиане, должны понимать, что в случае с их партийной «пропиской» речь идёт не о вечных принципах, а о временных общественных настройках. Это рациональный выбор: как лучше в данную эпоху обустроить общую жизнь. Вопросы первого, но не высшего порядка.

Да, мы, христиане, плохие граждане! То есть мы хорошие граждане, потому что стараемся любую свою работу делать честно, но плохие, потому что у нас всегда есть более важный Начальник, который никогда не будет избран электоратом.

– На Западе существуют христианско-демократические партии, у нас есть отдельные политики, которые, придерживаясь демократических взглядов, исповедуют православие, но они, скорее, изгои – и в лагере демократов, и в стане православных… Это непреодолимо?

– Мы не знаем. На сегодняшний день это так, но неизвестно, как будет завтра. Давайте всё же реально оценивать западную ситуацию: да, в послевоенный период христианско-демократические партии разного типа играли в Европе огромную роль. Сегодня почти все только по названию остались такими, а в действительности – инструмент управления, ничего более.

У нас же не складываются вообще никакие партии. «Единая Россия» – это механизм голосования. Есть только одна реальная партия (мне, оговорюсь, предельно чуждая) – КПРФ, потому что она инерционно продолжает путь, начавшийся в партийную эпоху. Всё остальное – временные объединения граждан.

Если бы в России была христианско-демократическая партия, наверное, я бы стал её поддерживать и мог бы даже в ней участвовать, но большой веры, что она возникнет, нет. Мне кажется, мир вступил в другую эпоху. Реальностью стали временные объединения граждан, которые решают насущные вопросы. Вспомните «движение синих ведёрок» в Москве, когда боролись с мигалками: люди участвовали в реальном деле, но вопрос решился, и они разошлись. Но только, увы, на движениях и объединениях политическую систему не построишь.

Не роскошь, а средство…

– Когда священник, монах несётся по ночной Москве на спортивной сверхдорогой иномарке, принадлежащей консулу Мальты, – это соблазн. Все обсуждают: был ли пьян игумен Тимофей. Я вполне допускаю, что он говорит правду, утверждая, что был трезв. Но ведь не в этом дело! Надо вести себя скромнее! Мне кажется, если бы приходской совет имел возможность поговорить со своим настоятелем, увидев его соблазняющие привычки, можно было бы предупредить этот общественный шок.

Разные бывают обстоятельства. Например, архимандрит Тихон (Шевкунов) ездит на дорогой машине «Ауди», подаренной ему прихожанином. Но он по три-четыре раза в неделю мотается в Рязанскую область, где у него колхозы, которые отец настоятель опекает. Эта роскошь мне абсолютно понятна, потому что застрянешь ночью на дороге в дешёвой машине, и что…

– Абсолютно согласна! Моя подруга, водитель епископа, мучается страшно со старенькой «Волгой», на которой возит уже третьего архиерея и которая буквально сыплется, как Анна Васильевна говорит. И что хорошего: каждый раз она боится, что не довезёт вовремя владыку до храма, аэропорта или Дома правительства!..

– Мы должны сами внутри себя определиться: когда действительно необходимо, тогда мы снимаем вопрос о дороговизне. Это просто способ наилучшим образом осуществить свою деятельность.

Нужно бороться не с теми, кто осуждает Церковь, а с собой, чтобы такого не было. «Они нас обличают!» И правильно делают.

И ещё надо быть осторожными с подарками. Монаху совершено всё равно, какие часы у него на руке: хоть дорогие, хоть пластмассовые. Подарили – надел. Но людям, которые зарабатывают очень много и хотят от чистого сердца поднести любимому священнику что-то дорогое, надо помнить, что мы живём в очень бедной и несправедливо устроенной стране, и их подарок может стать соблазном для окружающих. Если это необходимо для жизни, для дела – другой разговор.

– Занимая по многим внутрицерковным вопросам критическую позицию, Вы в то же время говорите: «Не знаю, что должно случиться, что нужно сделать тому или иному священнику, тому или иному иерарху, чтобы я из Церкви сбежал». Что Вас держит в ТАКОЙ Церкви?

– У владыки Антония Сурожского есть рассуждение о том, почему он принадлежит Русской Православной Церкви, то есть «московской», «красной», по терминологии эмигрантов. Он говорит, что Церковь – Мать. И в каком бы состоянии та ни находилась, нужно быть с ней. А уж особенно, если она не в лучшем положении и её справедливо осуждают, останься с Матерью и прими поругание вместе с ней.

Хотя мне очень не нравится ситуация, я не вижу, чтобы в нашей Церкви возобладало всё то зло, которое мелькает на телеэкране. Знаю, что огромное число священников и епископов живёт принципиально иначе, что большая часть духовенства и значительная часть епископата никогда не допустит даже в мыслях такие формулировки, которые иной раз позволяют себе церковные спикеры на телеэкране. Там другая жизнь, и в ней самое главное – Христос. А пока Христос внутри Церкви, куда же бежать?

Да, эмоционально часто бывает не очень уютно. Может, потому что я в Москве – это город не самый добрый. Нет того, что было в конце 70-х – начале 80-х годов. Священники советские – битые, пуганные властью – многого боялись, и среди прочего – оттолкнуть верующего, выпихнуть его из Церкви своим неосторожным поведением. И, поскольку они были битыми, то и – добросердечными. За битого двух небитых дают! В них было больше душевности, понимания и почти не встречалось псевдостарческого духовничества, когда ломают личность, безраздельно ею властвуют. Этого, человеческого, стало гораздо меньше. Но внутри Церкви Христос!

Что являлось важнейшим приоритетом в национальной политике властей в 1880-1890-е гг.?

Важнейшим приоритетом была лояльность национальных окраин. В большинстве случаев это означало попытки их русификации и в целом унификации с исконно русскими губерниями, но были и исключения, вроде неспокойного Северного Кавказа.

Вопрос к параграфу №. Расскажите о политике властей в Польше, Финляндии, Прибалтике в 1880-1890-е гг.

Во всех этих странах происходили попытки русификации.

В Польше русский язык вводился как основном в административных учреждения, учебных заведениях и даже на железных дорогах и на вывесках. Ликвидировалась любая польская автономия, включая собственную польскую монету и Варшавский банк.

К прочтению  День святых апостолов петра и павла у западных христиан

В Прибалтике политика властей была направлена против немецкого влияния (несмотря на то, что прибалтийские немцы столетиями верно служили России).

В Финляндии и то ограничивалась автономия, урезались права сейма, распускались местные вооружённые формирования, всё больше распространялся русский язык в качестве официального.

Ставка на рост

Одной из проблем российского бюджета в начале XIX века было погашение внешнего государственного долга. Средства на его обслуживание госсекретарь Михаил Сперанский искал в том числе через повышение старых и введение новых налогов, поэтому 11 февраля 1812 года вышел манифест, вводивший временный сбор с доходов помещиков.

Налогом облагались все виды экономической деятельности, приносившие дворянину прибыль. Информацию о доходах он должен был предоставлять сам ежегодно. Суммы до 500 рублей от налога освобождались, далее, по мере их увеличения, ставка поэтапно росла от 1% до 10%.

Мировая практика подоходного налога только зарождалась. В 1799 году сбор с доходов ввела Великобритания. В английской версии необлагаемый минимум составлял 60 фунтов, годовые отчисления могли достигать 10%.

Таким образом, принципы налогообложения в двух странах были схожи. Но организации сбора платежей кардинально отличалась. Британский плательщик сдавал декларацию в государственные органы, где она проверялась. В России чиновники не имели отношения ни к собиранию сведений, ни к их проверке.

Раскол по пустякам

– Вы написали в ЖЖ, что «на пусях нас раскололи – на большинство, которое за суд, и меньшинство, которое против». Вот это гораздо больнее для меня – внутренняя трещина. Почему у нас, православных, столько агрессии по отношению к тем, кто думает иначе? Насколько глубоки противоречия внутри Церкви, на Ваш взгляд?

– Это гораздо более важная для нас, церковных людей, проблема, чем то, как к нам относятся внешние. И тут я полностью разделяю Ваше огорчение, сам всякий раз, как почитаю православный интернет, прихожу в расстройство. Такое ощущение, что нет большего врага для православного, чем православный, думающий немножко иначе. Я сейчас говорю не о догматических расхождениях. Там, может быть, и полезна некоторая суровость, и то с лёгкой долей снисходительности.

А уж когда речь идёт о политических позициях или взглядах на жизнь, либо о понимании того или иного события, тут-то из-за чего мы начинаем друг друга ненавидеть? Неужели кто-то всерьёз думает, что Христос благословит нас на эту внутреннюю ненависть из-за таких пустяков, как политика, экономика и социальные вопросы?

Мы разные. И в своём общественном проявлении всегда частичны. Ну давайте скажем, положа руку на сердце: можно ли быть, предположим, либералом, оставаясь при этом человеком гуманным, и не требовать некоторых социальных программ для поддержки инвалидов, детей, стариков? Конечно, нет! А, будучи человеком левых взглядов, требующим справедливости в распределении, можно ли не понимать, что саморазвитие личности возможно только в условиях свободы и готовности отвечать за собственную судьбу, если есть для этого здоровье, силы, образование и прочее? Нет, конечно!

Мы же из-за третьестепенных вопросов начинаем схлёстываться, причём с такой страстью, как будто речь идёт уже о Страшном Суде. И тем самым демонстрируем внешним, что нас любить не за что, что мы не только такие же, как они, а иногда и хуже, злее. Мы говорим, что враг рода человеческого не дремлет, а сами охотно служим ему своей злобой, ненавистью и взаимными обвинениями, причём повторю: из-за вопросов третьестепенных.

То, что в этом нет никакой логики, ясно совершенно, стоит почитать бесконечные обвинения в адрес православных либералов! Ну, друзья мои, нас меньшинство от меньшинства, доли процентов внутри церковной среды. Если от нас такие страшные беды (хотя я в это не верю), может тогда организм больной, раз столь маленькая группка людей может нанести такой колоссальный урон? Или Вы ослепли! А нам, в свою очередь, сколько можно воевать с православными консерваторами? Да, есть вещи принципиальные: например, вопрос об оправдании человеческих жертв, принесённых при сталинском режиме, что допускает, например, отец Александр Шумский; тут брататься невозможно. Но это же не значит, что с другими консерваторами нас ничто не связывает?

Люди разные. Нас объединяет главное – Христос, Крест, который пылает в центре человеческой истории. До тех пор, пока мы смотрим на него, с нами ничего страшного в духовном смысле слова не приключится. Но у меня ощущение, что мы все отвели глаза и глядим вместо Христа друг на друга.

– Отец Александр Волков, глава пресс-службы Патриарха, призывает не выносить сор из избы. Другие считают: если мы сами не будем критиковать себя и священноначалие, то именно это погубит Церковь. Но я вижу правду и тех и других

Мы имели возможность на собственной шкуре пережить ситуацию, когда компромат на архиерея (неважно – подлинный или фальшивый) был слит в СМИ. Он оброс таким количеством грязи, мерзости, лжи, ненависти, что «победа» оказалась очень горькой

Епископа нам сменили, но как же новому владыке трудно созидать в атмосфере недоверия! Обличая себя, мы соблазняем других. Разве нет? И как же тогда бороться со злом внутри Церкви?

– Мне кажется, что если мы будем специально подметать, упаковывать сор в прозрачные пакеты и выносить на всеобщее обозрение, то это ничего хорошего не даст. Но если вообще не будем убираться и выносить мусор из дома, то зарастём грязью. Ни сладострастной сосредоточенности на плохом, ни отказа его обсуждать (как минимум, в своём кругу) не должно быть. И то, и другое одинаково опасно.

Конечно, нужны внутрицерковные разговоры. И священник должен иметь возможность высказаться, и паства – поговорить со священником на приходском собрании, не формальном, а живом. Не должно быть абсолютной закрытости ни епископов, ни священников, ни мирян, потому что, сколько бы ни закрывались, ни прятали свои недостатки, они всё равно вылезут

Причём только они и вылезут, никто не будет обращать внимание на хорошее

Вопрос к пункту 3.

Вспомните, что такое униатская церковь.

Униатская церковь была создана в Речи Посполитой в результате Берестейской унии в 1596 году. Она подчинялась папе римскому, но имела богослужения, напоминавшие православные. После присоединения территории её распространения к Российской империи в результате разделов Речи Посполитой приходское духовенство подчинилось Правительствующему синоду этой империи, в то время как монашеский орден базилиан сохранял верность папе римскому. В 1830-е году в рамках русификации униатская церковь ряда губерний была объединена с православной.

Вопросы к параграфу Национальная и религиозная политика Александра III. (Материал для самостоятельной работы и проектной деятельности учащихся)

Честные должники

Дворяне не использовали прямолинейные стратегии уклонения от налогов: не заявляли менее 500 рублей, чтобы не платить, либо 1999 рублей вместо 2001, чтобы платить меньше. Не злоупотребляли и правом на налоговый вычет (льготы).

Льготы полагались тем, кто имел кредитные обязательства. Выплачивающих кредиты, судя по декларациям, было много, однако декларации, напомним, не проверялись — все суммы вписывались без контроля и необходимости доказательств. Но честность победила. Сопоставление данных с официальными реестрами банков подтвердило достоверность заявленного в около 75% случаев.

«Учитывая, что дворяне не обманывали государство в отношении долговых обязательств, я не вижу оснований, почему они должны были скрывать сведения о своих доходах», — заключает исследовательница.

Страх и этика

Общая сумма дохода, объявленного дворянством Московской губернии в 1812 году, превысила 15 млн рублей, размер уплаченного налога — 1 миллион. Столичным регионом Россия не ограничивалась (ее европейская часть тогда состояла из 50 губерний), и свою цель — найти средства для погашения внешнего долга — правительство вероятно достигло.

Возможно, знать приняла нововведение, поскольку нагрузка оказалась невысокой и адекватной финансовым возможностям. Но главными причинами успеха, по мнению Елены Корчминой, было две: организация сбора налога через местное сословное самоуправление и страх перед вторжением Наполеона (на решение аристократов могли повлиять слухи о последствиях его прихода — освобождении крестьян и увеличении налогов).

К прочтению  Как распознать «православную» секту?

Сословные нормы действовали на всех уровнях. Даже высокопоставленные враги Михаила Сперанского, усилиями которых в марте 1812 года он был отправлен в отставку, легко могли бы, но не стали нарушать закон. Новые налоговые требования, например, выполнила семья историка Николая Карамзина — одного из главных противников Сперанского. А граф Федор Ростопчин прислал декларацию своевременно, указав доход на одного крепостного в 25 рублей — более чем в два раза выше «справедливой» нормы.

Первый прогрессивный налог в России просуществовал шесть лет (отменен в 1819-м). Закон «О государственном подоходном налоге» принят спустя почти век — 6 апреля 1916 года.IQ

Автор исследования:

, старший научный сотрудник Центра источниковедения НИУ ВШЭ

Автор текста:

Салтанова Светлана Васильевна,

15 января, 2019 г.

Экономика

История

государство

налоги

Россия

Подпишись на IQ.HSE

И расплата и шанс

– Я прочла отрывок из романа «Музей революции» в ЖЖ – и прямо мороз по коже: пророчество о нынешних временах, хоть пилят пока ещё кресты, а не опоры храмов. Футуристический гротеск стал реальностью. Может, выскажете прогноз на будущее?

– Честно говоря, четыре года назад, придумывая сюжет, я размышлял: как его подвести к развязке, не накладывая события на реальность, чтобы они были совсем уж фантасмагорическими. И придумал эпизод со спиливанием столбов под храмом. Но то, что представлялось абсолютно невероятным, вдруг оказалось реальностью. Дело не во мне – жизнь наша стала допускать такие формы, которые раньше казались совершенно бредовыми. Я глубоко огорчён тем, что мой сюжет совпал с реальностью.

Пророческих дарований у меня, слава Богу, нет. Могу только поделиться своими ощущениями, а не прогнозами. Мне кажется, что нас ждут не самые простые времена. Противоречия, которые накопились между странами в экономиках, в сфере идей таковы, что если бы не ядерное оружие, то мир уже воспроизвёл бы ситуацию Первой мировой войны. Мы сейчас находимся в той же точке, что в 1912 – 1913 годах.

Сейчас войну мировую никто не начнёт, но проблемы не исчезнут, и где-то прорвёт плотину. Нам предстоят испытания, в каких формах, не знаю, но к ним надо быть готовыми. Думаю, это и расплата, и шанс. Мы всё равно должны будем строить мир в соответствии со своими идеалами. Сколько угодно можно говорить про деньги, рынок, прагматику, всё это мир не создаёт. Создают и меняют мир только идеи, которые мы согласились считать своими.

– Благодарю Вас, Александр!

Ирина ДМИТРИЕВА

Разная Якутия

– Каковы впечатления от якутских студентов? Отличаются они от москвичей?

– Встречи в Якутске были удачные и неудачные. К неудачным я отношу формализованные, в больших аудиториях, куда студентов согнали и они сидели «подмороженные». Там же, куда молодые люди сами приходили, пускай в меньшем количестве, всё было хорошо и живо. Думаю, если московских студентов согнать насильственно, они тоже будут безучастными. А в неформальном общении те, кто хотят, раскрываются.

И потом, что такое московские студенты? Они ведь – со всей России. Москва – регион регионов, город варягов, приезжих, более энергичный, чем другие, потому что сюда отовсюду приезжают люди самые активные, готовые учитывать чужой опыт, учиться друг у друга. Это довольно жёсткий город. Родители далеко, если ты сам на ноги не встанешь, никто за тебя это не сделает, приходится бить лапками.

Фото протоиерея Сергия Клинцова

– Не могу удержаться и спрошу об ощущениях от встреч с владыкой Романом, якутским духовенством и верующими…

– Это один из самых радостных эпизодов за последние годы. Говорю от души, не потому, что Вы представляете Якутию и мне хочется что-то приятное сказать.

В последнее время появились епископы разных поколений – от владыки Пантелеимона (Шатова) до Феофилакта (Курьянова), – которые отличаются новым качеством. В них религиозное служение и человеческая открытость соединяются. Это то, что митрополит Иларион (Алфеев) называет «иерархия с человеческим лицом». Такие епископы чувствуют, что они – церковная власть и должны принимать решения, быть иногда строгими, но остаются при этом открытыми людьми. Мне кажется, что это и есть большой шанс Церкви: когда у неё становится больше такого рода епископов, в которых есть и чувство власти, и связанное с ней чувство ответственности, и простое открытое человеческое чувство.

Вы вот спрашивали: как защитить Церковь. Среди прочего – не бояться разговаривать с людьми, далёкими от неё или, по крайней мере, колеблющимися. Видеть в них не врагов, а встретившихся тебе на пути Божиих людей.

Я ощутил в Якутской епархии, в общении с владыкой Романом, священниками, окружающими его, прихожанами, приходившими на наши дискуссии, это светлое, радостное чувство. Не везде оно бывает, но, как ни странно, в последние годы встречается чаще.

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН О СВОБОДЕ СОВЕСТИ И О РЕЛИГИОЗНЫХ ОБЪЕДИНЕНИЯХ

Статья 4. Государство и религиозные объединения

1. Российская Федерация — светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом.
2. В соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства государство:
не вмешивается в определение гражданином своего отношения к религии и религиозной принадлежности, в воспитание детей родителями или лицами, их заменяющими, в соответствии со своими убеждениями и с учетом права ребенка на свободу совести и свободу вероисповедания;
не возлагает на религиозные объединения выполнение функций органов государственной власти, других государственных органов, государственных учреждений и органов местного самоуправления;
не вмешивается в деятельность религиозных объединений, если она не противоречит настоящему Федеральному закону;
обеспечивает светский характер образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях.
3. Государство регулирует предоставление религиозным организациям налоговых и иных льгот, оказывает финансовую, материальную и иную помощь религиозным организациям в реставрации, содержании и охране зданий и объектов, являющихся памятниками истории и культуры, а также в обеспечении преподавания общеобразовательных дисциплин в образовательных учреждениях, созданных религиозными организациями в соответствии с законодательством Российской Федерации об образовании.
4. Деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления не сопровождается публичными религиозными обрядами и церемониями. Должностные лица органов государственной власти, других государственных органов и органов местного самоуправления, а также военнослужащие не вправе использовать свое служебное положение для формирования того или иного отношения к религии.
5. В соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства религиозное объединение:
создается и осуществляет свою деятельность в соответствии со своей собственной иерархической и институционной структурой, выбирает, назначает и заменяет свой персонал согласно своим собственным установлениям;
не выполняет функций органов государственной власти, других государственных органов, государственных учреждений и органов местного самоуправления;
не участвует в выборах в органы государственной власти и в органы местного самоуправления;
не участвует в деятельности политических партий и политических движений, не оказывает им материальную и иную помощь.
6. Отделение религиозных объединений от государства не влечет за собой ограничений прав членов указанных объединений участвовать наравне с другими гражданами в управлении делами государства, выборах в органы государственной власти и в органы местного самоуправления, деятельности политических партий, политических движений и других общественных объединений.
7. По просьбам религиозных организаций соответствующие органы государственной власти в Российской Федерации вправе объявлять религиозные праздники нерабочими (праздничными) днями на соответствующих территориях.

Статья 5. Религиозное образование

1. Каждый имеет право на получение религиозного образования по своему выбору индивидуально или совместно с другими.
2. Воспитание и образование детей осуществляются родителями или лицами, их заменяющими, с учетом права ребенка на свободу совести и свободу вероисповедания.
3. Религиозные организации вправе в соответствии со своими уставами и с законодательством Российской Федерации создавать образовательные учреждения.
4. По просьбе родителей или лиц, их заменяющих, с согласия детей, обучающихся в государственных и муниципальных образовательных учреждениях, администрация указанных учреждений по согласованию с соответствующим органом местного самоуправления предоставляет религиозной организации возможность обучать детей религии вне рамок образовательной программы.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: